Татьяна Коссара ЗОЛОТЫЕ ВОРОТА Ты не врёшь

Ответить
Аватара пользователя
эльмира
Читатель
Сообщения: 5625
Зарегистрирован: 27 мар 2013, 02:51

Татьяна Коссара ЗОЛОТЫЕ ВОРОТА Ты не врёшь

Сообщение эльмира » 11 дек 2014, 22:28

Татьяна Коссара

ЗОЛОТЫЕ ВОРОТА

Ты не врёшь

( … Когда уже в свои семнадцать лет я действительно была влюблена в одного очень красивого цыганского мальчика, я никак не могла, закрыв глаза, представить себе его лицо. Лицо его было оливково-смуглым; глаза – огромными и ярко-синими; я это теоретически знала наизусть, но - закрыть глаза и мысленно увидеть всю эту экзотическую красоту оказывалось практически невозможным: мешало сияние. Сияющий «нимб» - то ли вокруг головы, то ли вокруг одних только глаз… Через несколько лет, когда вся влюблённость бесследно исчезла, как-то в метро мне всё это припомнилось – и я вновь попыталась восстановить в памяти лицо этого человека. Мне опять не удалось этого сделать: перед глазами встало сияние. А лица внутри этого сияния не было!

... Так вот. Ты идёшь по своему старому зелёному двору; тебя окружают твои странные, удивительно странные девочки, которых и подружками-то невозможно назвать… кто они тебе?!. почему они тебе так странно дороги?!. – у них к тебе какое-то совершенно неадекватное отношение: они тебе неверны, но всегда чего-то ждут от тебя… ждут какой-то «своей» корысти. Они и не любят тебя – и отчего-то никак не могут без тебя обойтись: - Расскажи!!. – ну, расскажи же, жадина!.. ну, что тебе стоит…

Ты не жадина. Хотя стоит это для тебя очень много… ведь вот снова они, как всегда, выслушают, выпытают у тебя всё-всё, что только у тебя есть самого сокровенного – а всё равно ничему не поверят.

Например – про асфальт. По которому ступают сейчас наши ножки в детских сандаликах.

Этот асфальт очень старый: он весь в громадных разводах-трещинах. Эти трещины – как шрамы. И они иногда раскрываются… когда никого нет.

Звучит такая тихая скрипучая музыка – и все эти трещины медленно, будто зевая, разверзают свои тонкие губы… и открывается то, что под землёй.

- А под землёй – что?!. - ахают девчонки. Вот когда у них такие доверчивые мордочки; такие «квадратные» глазищи – тебе хочется поделиться с ними всем-всем своим… но ведь ты помнишь, чем всё это обычно кончается – и замыкаешься: « Не скажу». – Почему-у?!. – « Потому. Вы опять будете смеяться и не верить».

- Не-а, не будем – честное октябрёнское!.. Не будем, - давай рассказывай!!.

… Но «октябрёнское» у них, к сожалению, абсолютно нечестное. Просто они очень красивые – вот эти три девочки. А когда человек такой красивый – странно же, что он врёт. Красивый – а сам врёт… это такой ужас, что его поневоле приходится просто игнорировать – иначе совершенно невозможно жить.
Такие красивые глаза!!! – зелёные, кристалловидные… много-много мелких кристалликов разных оттенков зелёного… так жадно глядят эти глаза: им тоже хочется что-то увидеть! – так что будет нечестно с твоей стороны: сама видишь, а им видеть не даёшь. У тебя-то глаза ведь совершенно обыкновенные; у тебя там вовсе нет таких волшебных кристалликов зелёного… ты, конечно, однозначно должна уступить такой неимоверной беспомощной красоте…

- Там под землёй – Звенящие Комнаты. Много-много. Одна за другой. Там такие волшебные ступеньки растут из земли – из очень красивого камня: он такой небесно-фиолетовый в белую крапинку… Вот когда по ним спускаешься - трещина всё шире зевает; всё глубже раскрывается! – там в глубине открывается зал…такой овальный, совсем без углов, как яйцо! – весь из такого же камня… А сверху свисают золотые цепочки с золотыми же монетками – длинные-длинные, до самого пола! – и эти монетки очень красиво и стройно звенят.

Вот первая Комната – фиолетовая в крапинку; вторая - из тёмно-зелёного камня; третья – жёлтая, как мёд – янтарная… Ты по полу ступаешь – а он на каждый твой шаг меняет рисунок мозаики: как в калейдоскопе, только в тысячу раз красивее сверкают и вспыхивают драгоценные камешки: шаг – вспышка; шаг – новая вспышка… новый рисунок и новое свечение… и звуки также: каждый твой шаг озвучивается новой гармонией…

- А зачем там эти Комнаты, если их никто не видит? – шепчут девчонки, у которых прекрасные глаза их стали зрящими…

- А они… они вот зачем: вы видите, да? - мы, шагая между асфальтовыми трещинами, нежданно-негаданно вновь натыкаемся на эту странную и таинственную картину, которая так пугает и одновременно притягивает к себе детей; так преображает всё вокруг… Вновь - у дальнего подъезда на двух крашеных табуретках стоит чёрный гроб; в гробу – старик; на глазах у него две потемневшие пятикопеечные монеты… тебя эта картина, как всегда, всю обжигает изнутри… но ты продолжаешь: - « Вот видите? – этот дедушка будет там лежать. В тёмно-красной Гранатовой Комнате. Эти монетки у него на глазах – они ведь только здесь такие тёмные; и он только здесь такой старый и некрасивый. Смотрите, какая трещина между табуретными ножками! – она раскроется, а под ней как раз и есть эта Гранатовая Звенящая Комната для этого дедушки…

- Ну, что ты врёшь?!? – возмущённо вскрикивает Танечка Генина. - Вот же – машина!!. – его же сейчас на ней увезут и закопают на кладбище на Успеновке! - ну, всех же так увозят и закапывают!!!

- Ну и что же, что закопают… а эта трещина всё равно его от себя никогда не отпустит: он столько раз тут ходил; наступал на неё… ты что?! – она же его любит, и вот поэтому готовит ему такую Комнату… Все будут думать, что он на кладбище – а он будет в Гранатовой Комнате. … Его гроб будет не таким: он будет светиться голубым светом и качаться на золотых цепочках с монетками. И вот эти две монетки будут всё светлеть и светлеть; а он будет лежать и молодеть-молодеть… а когда монетки высветлеют ло того, что превратятся в золотые и звенящие – они и слетят с его глаз и повиснут на цепочке; а он откроет глаза и встанет. И будет молодой-молодой и красивый-красивый…

- Ох… как ему станет страшно там одному… - бледнея, одними губками шепчет беленькая кудрявая Людочка Бубенко.

- Конечно, он сначала немножко испугается. Но ведь он там совсем не один – и не просто так звенят золотые монетки на цепочках: они же так разговаривают. Как он только проснётся – они с ним сразу же поздороваются и станут вызванивать, как ему теперь быть.

- И как же ему быть?!.

- А это у каждого человека по-разному. Недаром же эти асфальтовые трещины так сплетены между собой: под каждой из них – люди, которых он любил и которые умерли раньше. Вот он пойдёт из Комнаты в Комнату, а там – его мама и папа; все его любимые друзья. И у кого монетки высветлились, те тоже уже проснулись; а у кого ещё нет – те спят и молодеют во сне. Вот он присядет у колыбели своей мамы, будет тихонько её покачивать и петь ей колыбельные песенки… а монетки ему будут аккомпанировать…

Ответить

Вернуться в «Татьяна Коссара»